Судебная практика по ст158 ч3 ук рф

Судебная практика по ст158 ч3 ук рф

Именем Российской Федерации

17 июня 2010г. г.Братск

Падунский районный суд г.Братска Иркутской области в составе: председательствующего судьи Бузинина В.П.,

при секретаре Пирожковой Е.В.,

с участием государственного обвинителя Макляковой Т.А.,

защитника Красноярова Д.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело №1-**-10 по обвинению Е.В., 1978 года рождения, ранее судимого, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ст.158 ч.3 п.«а» УК РФ,

03 мая 2010 года, около 17 часов, Е.В., преследуя корыстную цель незаконного обогащения, имея умысел, направленный на совершение тайного хищения чужого имущества, пришёл к дому по адресу: ул.**, д.**, кв.** п.Гидростроитель г.Братска. Достоверно зная, что хозяева вышеуказанной квартиры отсутствуют, Е.В., с целью совершения кражи, подошёл к окну вышеуказанной квартиры, расположенной на первом этаже, с силой нажал на створку окна, от чего последняя открылась и через окно незаконно проник в квартиру №** д.** по ул.** г.Братска, откуда тайно похитил имущество, принадлежащее Б.В.: микроволновую печь «Эленберг», стоимостью 3500 рублей; ДВД-проигрыватель «ББК», стоимостью 2500 рублей; полиэтиленовый пакет, ценности не представляющий.

После чего, Е.В. с похищенным имуществом с места совершения преступления скрылся, распорядившись им по своему усмотрению, причинив своими действиями потерпевшему Б.В. значительный ущерб на общую сумму 6000 рублей.

Таким образом, Е.В. своими действиями совершил преступление, предусмотренное ст.158 ч.3 п.«а» УК РФ – кража, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенное с причинением значительного ущерба гражданину, с незаконным проникновением в жилище.

Суд считает квалификацию его действий правильной, так как он совершил тайное хищение имущества потерпевшего, незаконно проникнув в его жилище, причинив ему значительный ущерб.

В судебном заседании подсудимый Е.В. свою вину по предъявленному обвинению признал полностью и пояснил суду, что полностью согласен с обвинением и поддерживает свое ходатайство о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства, данное ходатайство заявлено им добровольно и после консультаций с защитником Краснояровым Д.Н., он осознает последствия постановления приговора без проведения судебного разбирательства.

В судебном заседании защитник Краснояров Д.Н. поддержал ходатайство подсудимого о применении особого порядка принятия судебного решения.

Государственный обвинитель Маклякова Т.А., потерпевший Б.В. не возражали против заявленного подсудимым Е.В. ходатайства о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства.

Суд считает возможным применить по данному уголовному делу особый порядок принятия судебного решения, поскольку санкция ст.158 ч.3 п.«а» УК РФ предусматривает максимальное наказание, не превышающее шести лет лишения свободы. Подсудимый Е.В. заявил о полном согласии с предъявленным ему обвинением, государственный обвинитель Маклякова Т.А., потерпевший Б.В. не возражали против заявленного ходатайства подсудимого и его защитника об особом порядке принятия судебного решения, обвинение, с которым согласился подсудимый, обоснованно, подтверждается доказательствами, собранными по уголовному делу.

Подсудимый Е.В. на учете у психиатра не состоит, его психическое состояние у суда сомнения не вызывает, поэтому суд считает его вменяемым.

При решении вопроса о назначении наказания подсудимому, суд учитывает характер и общественную опасность совершенного им преступления, а также то, что он свою вину в совершении преступления признал полностью, в содеянном раскаялся, ущерб потерпевшему возмещён, что суд относит к обстоятельствам, смягчающим ему наказание.

Обстоятельством, отягчающим наказание подсудимому, суд считает рецидив преступлений.

Учитывая обстоятельства дела и личность подсудимого, суд приходит к выводу, что его исправление возможно только в условиях изоляции от общества, поэтому назначает ему наказание в соответствии с санкцией уголовного закона в виде лишения свободы без штрафа и ограничения свободы с отбыванием наказания в силу п. «в» ч.1 ст.58 УК РФ в исправительной колонии строгого режима.

Приговоры Падунского районного суда от 11.05.2010г. и от 18.05.2010г. по мнению суда необходимо исполнять самостоятельно.

Е.В. признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ст.158 ч.3 п.«а» УК РФ и назначить ему наказание три года лишения свободы без штрафа и без ограничения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. Срок отбытия наказания исчислять с 17.06.2010г.

Меру пресечения осужденному Е.В. до вступления приговора в законную силу изменить с подписки о невыезде и надлежащем поведении на заключение под стражу, взяв его под стражу в зале суда.

Приговоры Падунского районного суда Иркутской области от 11.05.2010г. и от 18.05.2010г. исполнять самостоятельно.

Вещественные доказательства по уголовному делу: ДВД-проигрыватель с ПДУ, микроволновую печь в коробке, возвращённые потерпевшему Б.В. – оставить за ним.

Приговор может быть обжалован в Иркутский областной суд через Падунский районный суд в течение десяти суток со дня его провозглашения, а осужденным в тот же срок со дня вручения ему копии приговора. В случае подачи кассационной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии при рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Судебная практика по уголовным делам о краже чужого имущества. Статьи по предмету Уголовное право

СУДЕБНАЯ ПРАКТИКА ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ О КРАЖЕ ЧУЖОГО ИМУЩЕСТВА

Т.О. КОШАЕВА

Конституция Российской Федерации закрепляет, что частная, государственная, муниципальная и иные формы собственности признаются и защищаются равным образом (ч. 2 ст. 8, ст. 35).
Право собственности в объективном смысле представляет собой определенную систему установленных государством юридических норм, закрепляющих и регулирующих общественные отношения по поводу присвоения средств производства и предметов потребления, а также по владению, пользованию и распоряжению ими. Право собственности граждан и юридических лиц закреплено в ст. 213 ГК РФ.
Право собственности охраняется также административным, земельным и иным законодательством.
Уголовный закон, в свою очередь, охраняет право собственности от посягательств наравне с другими важными общественными отношениями. Поэтому вполне логично, что родовым объектом преступлений против собственности, ответственность за которые установлена гл. 21 УК РФ, являются отношения по правомерному владению, пользованию и распоряжению имуществом, принадлежащим собственнику. Непосредственный объект таких преступлений — различные формы собственности, охраняемые законом, а именно: частная, государственная, муниципальная, общественных организаций и иные производные формы собственности.
Одним из наиболее распространенных видов преступлений против собственности является кража, т.е. тайное хищение чужого имущества (ч. 1 ст. 158 УК РФ).
Приведем некоторые статистические данные о состоянии преступлений против собственности в Российской Федерации, предоставленные Министерством внутренних дел Российской Федерации. Половину всех зарегистрированных преступлений (49,4%) составляют хищения чужого имущества, совершенные путем: кражи (42,2%), грабежа (6,3%), разбоя (0,9%) .
———————————
См.: Преступность и правонарушения (2006 — 2010): Статистический сборник МВД РФ. М., 2011. С. 7.

Почти каждая третья кража (32,2%), каждый двадцать третий грабеж (4,4%) и каждое тринадцатое разбойное нападение (7,7%) были сопряжены с незаконным проникновением в жилище, помещения или иные хранилища.
Каждое двадцатое (5,0%) зарегистрированное преступление — квартирная кража. Почти каждая третья (29,9%) кража — неквалифицированная (ч. 1 ст. 158 УК РФ). Всего в 2010 году были осуждены за кражу 252966 человек .
———————————
См.: там же. С. 159.

Анализ судебной практики по уголовным делам о преступлениях против собственности и, в частности, о совершенных кражах чужого имущества показывает, что наиболее часто при квалификации кражи сложности возникают в связи с отграничением мелкого хищения от подобного деяния, совершенного в крупном и особо крупном размерах, а также в определении квалифицирующих признаков кражи, ее повторности, совокупности кражи с другими преступлениями и др.
К общественно опасным последствиям кражи чужого имущества уголовный закон относит, в частности, значительный ущерб гражданину (п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ), крупный размер (п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ), особо крупный размер (п. «б» ч. 4 ст. 158 УК РФ). Согласно примечанию к ст. 158 УК РФ значительный ущерб гражданину определяется с учетом его имущественного положения, но не может составлять менее двух тысяч пятисот рублей, крупным размером признается стоимость имущества, превышающая двести пятьдесят тысяч рублей, а особо крупным — один миллион рублей.
Вообще общественно опасные последствия любого преступления — это тот вред (ущерб), который причиняется или может быть причинен объектам уголовно-правовой охраны в результате совершенного лицом общественно опасного деяния (действия или бездействия). Значение последствий преступления заключается в характере причиненного потерпевшему вреда (ущерба) и учитывается, как правило, при назначении наказания виновному. Последствия кражи чужого имущества имеют материальный характер, в данном случае имеется в виду имущественный ущерб. Как правило, последствия преступления отражаются непосредственно в уголовном законе, их определение раскрывается, например, в примечании к ст. 158 Особенной части УК РФ.
Так, по приговору Старорусского городского суда Новгородской области Г. был осужден по ч. 1 ст. 158, ч. 1 ст. 175 УК РФ, п. п. «а», «в», «г» ч. 2 ст. 162 УК РФ (в ред. Федерального закона от 13 июня 1996 г. N 63-ФЗ) . Судебная коллегия приговор изменила, указав следующее. Г. признан виновным и в совершении кражи чужого имущества на сумму 490 руб. В соответствии с примечанием к ст. 7.27 КоАП РФ хищение чужого имущества признается мелким, если стоимость похищенного не превышает одну тысячу рублей. При таких обстоятельствах осуждение Г. по ч. 1 ст. 158 УК РФ подлежит исключению из приговора. В данном случае и сбыт этого имущества не может быть наказуемым, поэтому осуждение Г. по ч. 1 ст. 175 УК РФ также подлежит исключению из приговора.
———————————
См.: Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2010. N 7. С. 28.

Критерием разграничения уголовной и административной ответственности является как степень тяжести содеянного (его общественная опасность), так и размеры похищенного имущества. В данном случае стоимость похищенного составляла менее одной тысячи рублей, что послужило основанием для исключения из приговора осуждения Г. по ч. 1 ст. 158 УК РФ.
В результате совершения кражи потерпевшему может быть причинен значительный ущерб. Так, по приговору Правобережного районного суда г. Магнитогорска Челябинской области от 18 июня 2009 г. Н., не имевший судимости, был осужден по п. п. «в», «г» ч. 2 ст. 158 УК РФ. Н. признан виновным в том, что 21 апреля 2009 г. в салоне трамвая из сумочки Б. тайно похитил кошелек, в котором находились деньги в сумме 12 тыс. руб. и ее водительское удостоверение, а 27 апреля 2009 г. Н. в дневное время на остановке трамвая тайно похитил из кармана куртки, находившейся при потерпевшем Ч., кошелек стоимостью 500 руб. с деньгами в сумме 3 тыс. руб. и кредитными картами. Потерпевшим причинен значительный ущерб . В надзорной жалобе осужденный просил об отмене состоявшихся в отношении его судебных решений, указывая на то, что назначенное наказание (один год шесть месяцев лишения свободы) чрезмерно сурово. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации 22 июня 2010 г. изменила судебное решение в части вида исправительного учреждения, назначила отбывание наказания Н. в колонии-поселении вместо исправительной колонии общего режима, так как мотивы отбывания наказания в таком учреждении в приговоре не приведены.
———————————
См.: Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2011. N 3. С. 26, 27.

Согласно п. 2 примечания к ст. 158 УК РФ значительный ущерб гражданину определяется с учетом его имущественного положения, но не может составлять менее двух тысяч пятисот рублей. Кроме того, суд должен руководствоваться положениями п. 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 декабря 2002 г. N 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое» , где определяется, что при квалификации действий лица, совершившего кражу, по признаку причинения гражданину значительного ущерба суд должен учитывать имущественное положение потерпевшего, стоимость похищенного, его значимость для потерпевшего, размер заработной платы, пенсии, наличие у потерпевшего иждивенцев, совокупный доход членов семьи, с которыми он ведет совместное хозяйство, и т.д. При этом ущерб, причиненный гражданину, не может быть менее размера, установленного примечанием к ст. 158 УК РФ. Вместе с тем квалификация содеянного Н. по признаку кражи, совершенной с причинением значительного ущерба гражданину (п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ), по данному уголовному делу отсутствует.
———————————
Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2003. N 2.

Как было отмечено, Н. совершил кражу чужого имущества не один, а более одного раза, т.е. повторно, при этом похитив из одежды потерпевшего Ч. его ценные вещи. Такие действия виновного правильно квалифицированы судом по п. «г» ч. 2 ст. 158 УК РФ (из одежды, сумки или другой ручной клади, находившихся при потерпевшем). Вместе с тем следует отметить, что Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 декабря 2002 г. N 29 каких-либо разъяснений по этому признаку кражи не содержит. Однако именно данный квалифицирующий признак кражи наиболее часто имеет место в действительности и означает высокий уровень «профессиональных» навыков преступника.
По разбираемому уголовному делу заслуживает внимания также вопрос, касающийся назначения наказания Н. за кражу чужого имущества. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2010 г. определила, что суд может назначить лицам, указанным в п. «а» ч. 1 ст. 58 УК РФ «Назначение осужденным к лишению свободы вида исправительного учреждения», отбывание наказания в виде лишения свободы в исправительной колонии общего режима, с учетом обстоятельств совершения преступления и личности виновного с приведением мотивов принятого решения. При отсутствии таких обстоятельств отбывание наказания назначается в колониях-поселениях. Как видно из материалов данного уголовного дела, суд не мотивировал свое решение в приговоре по вопросу отбывания наказания Н. в исправительной колонии общего режима. Таким образом, было установлено, что суд первой инстанции нарушил положение п. «а» ч. 1 ст. 58 УК РФ. При этом суд кассационной инстанции сделал вывод о том, что наличие у виновного Н. ВИЧ-инфекции предполагает отбывание наказания в исправительной колонии общего режима, однако это положение не основано на законе, ухудшает положение осужденного и нарушает требования ч. 3 ст. 360 УПК РФ «Пределы рассмотрения уголовного дела судом апелляционной или кассационной инстанции». Судом первой инстанции не были учтены также положения ч. 6 ст. 86 УК РФ о том, что погашение или снятие судимости аннулирует все правовые последствия, связанные с судимостью (судом было установлено, что Н. ранее отбывал наказание за совершение аналогичных преступлений). Вместе с тем ссылка на судимость Н. подлежит исключению из приговора. Таким образом, при назначении наказания Н. суд первоначально руководствовался как обстоятельствами дела, так и личностью виновного, который ранее уже совершал кражу чужого имущества, что, в общем, следует признать обоснованным. Вместе с тем вопросы судимости Н. остались за пределами уголовного дела в отношении Н., совершившего аналогичные преступления в 2009 году.
Как показывает анализ судебной практики, кражи чужого имущества нередко совершаются два и более раз, т.е. неоднократно. И все же такой важный квалифицирующий признак кражи был исключен из ст. 158 УК РФ Федеральным законом от 8 декабря 2003 г. N 162-ФЗ , что абсолютно необоснованно. Признак неоднократности присущ многим преступлениям и влияет на общую оценку степени их общественной опасности. В последние годы законодатель идет по пути возвращения неоднократности в качестве квалифицирующего признака (например, ст. 178 УК РФ была изменена и дополнена Федеральным законом от 29 июля 2009 г. N 216-ФЗ ).
———————————
См.: Собрание законодательства Российской Федерации. 2003. N 50. Ст. 4848.
См.: Собрание законодательства Российской Федерации. 2009. N 31. Ст. 3922.

Полагаем, что было бы правильным восстановить в ст. 16 УК неоднократность как одну из форм множественности преступлений.
Совершение кражи чужого имущества неоднократно указывает на повышенную степень общественной опасности такого деяния. Преступники, как правило, совершают подобные хищения без особых усилий до тех пор, пока они не будут изобличены в преступлении. Кроме того, как известно, обнаружение и раскрываемость краж достаточно сложна для правоохранительных органов. Учитывая распространенность краж среди преступлений против собственности, ст. 158 УК РФ должна быть дополнена таким квалифицирующим признаком, как неоднократность.
Большое значение для разграничения преступлений против собственности по объективным признакам имеет способ их совершения. Имущественные преступления могут быть совершены тайно, открыто, путем обмана или злоупотребления доверием. Этим они отличаются от других преступлений против собственности.
Вообще под способом совершения преступления, в частности хищения чужого имущества, понимаются определенные в уголовном законе приемы и связанные с ними средства, используемые для изъятия имущества и (или) обращения его в свою пользу или пользу других лиц, либо под способом таких преступлений понимают приемы и методы, которые определяют операционный аспект действий (бездействия), направленных на получение имущественной выгоды и (или) причинение имущественного ущерба .
———————————
См.: Векленко В.В. Квалификация хищений. Омск, 2011. С. 81; Безверхов А.Г. Имущественные преступления. Самара, 2002. С. 138.

Так, кража (ст. 158 УК РФ) и грабеж (ст. 161 УК РФ) как разновидности хищения чужого имущества в основном различаются способом совершения таких преступлений. Тайным признается хищение в случае совершения незаконного изъятия имущества в отсутствие собственника или иного владельца этого имущества или посторонних лиц, либо хотя и в их присутствии, но незаметно для них. В тех случаях, когда указанные лица видели, что совершается хищение, однако виновный, исходя из окружающей обстановки, полагал, что действует тайно, содеянное также является тайным хищением чужого имущества (п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 декабря 2002 г. N 29). Открытым хищением чужого имущества является такое хищение, которое совершается в присутствии собственника или иного владельца имущества либо на виду у посторонних, когда лицо, совершающее это преступление, сознает, что присутствующие при этом лица понимают противоправный характер его действий, независимо от того, принимали ли они меры к пресечению этих действий или нет (п. 3 того же Постановления).
Как показывает анализ судебной практики, суды допускают ошибки при квалификации преступлений против собственности, в зависимости от определения способа их совершения.
Так, по приговору Иркутского областного суда от 18 июня 2009 г. С. осужден по п. п. «а», «в» ч. 2 ст. 161 УК РФ за открытое хищение чужого имущества группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в жилище . Проверив материалы уголовного дела, Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации согласилась с доводами кассационного представления о неправильной квалификации действий осужденного и установила, что доказательства, исследованные в судебном заседании, не давали суду оснований полагать, что С., совершая хищение, осознавал очевидность его действий для потерпевшей. Так, из показаний второго осужденного по этому же делу Б. следует, что С. вошел в квартиру, когда потерпевшая была уже мертва. Кроме того, С. не заявлял, что потерпевшая наблюдала за его действиями или кто-то из других лиц, кроме Б., находился в квартире. Эти показания С. свидетельствуют о его уверенности в том, что за его действиями никто, в частности потерпевшая, не наблюдает. При таких обстоятельствах, учитывая то, что преступление, совершенное С., было неочевидным для других лиц, Судебная коллегия переквалифицировала его действия на п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ как тайное хищение чужого имущества, совершенное группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в жилище.
———————————
См.: Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2010. N 6. С. 25.

При установлении судом признаков тайного способа хищения чужого имущества необходимо исходить из следующего: на месте преступления отсутствовали свидетели происходящего, виновный вполне заблуждался относительно характера своих действий, считая их незаметными для окружающих, решающим является представление виновного о характере совершаемых им действий, т.е. субъективный критерий .
———————————
См.: Уголовное право России. Общая и Особенная части: Учебник / Под ред. А.И. Рарога. Изд. 5-е. М., 2004. С. 378.

Таким образом, вышеприведенный пример из судебной практики показывает, что судам, рассматривающим уголовные дела о преступлениях против собственности, надлежит более тщательно исследовать доказательства, связанные с одним из самых основных объективных признаков, т.е. способов их совершения.
В данном случае при квалификации кражи, совершенной С., Иркутским областным судом первоначально не был установлен признак тайности кражи чужого имущества.
Одним из наиболее существенных дополнений ст. 158 УК РФ является установление уголовной ответственности в п. «б» ч. 3 за кражу из нефтепровода, нефтепродуктопровода, газопровода. Такие преступления совершаются с незаконным проникновением в хранилище, под которым согласно п. 3 примечания к указанной статье понимаются хозяйственные помещения, обособленные жилые постройки, участки территории, трубопроводы, иные сооружения независимо от формы собственности, которые предназначены для постоянного или временного хранения материальных ценностей. Вообще к хранилищам можно отнести автолавки, рефрижераторы, контейнеры, сейфы, товарные дворы железнодорожных станций, речного, морского грузовых портов, аэропортов, элеваторов, огороженные загоны для скота, охраняемые тока сельскохозяйственных предприятий, а также территорию, на которой расположены нефтепровод, нефтепродуктопровод, газопровод, и др. Непосредственно проникновение в хранилище может определяться как тайное либо открытое вторжение в него, оно может совершаться как с преодолением препятствий или сопротивления людей, так и без такового. Проникновение может быть осуществлено также с помощью приспособлений (отмычек, магнитов, крючков и т.д.), что позволяет виновным извлекать похищенные ценности.
Так, согласно п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 декабря 2002 г. N 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое», если в ходе совершения кражи нефти, нефтепродуктов и газа из нефтепровода, нефтепродуктопровода, газопровода путем врезок в трубопроводы происходит их разрушение, повреждение или приведение в негодное для эксплуатации состояние, а также технологически связанных с ними объектов, сооружений, средств связи, автоматики, сигнализации, которые повлекли или могли повлечь нарушение их нормальной работы, то содеянное подлежит квалификации по совокупности преступлений, предусмотренных п. «б» ч. 3 ст. 158 и ст. 215.3 УК РФ. Иных разъяснений по данному квалифицирующему признаку кражи Постановление не содержит.
Специфика предмета кражи нефти предполагает совершение преступных действий усложненного характера. Кроме того, как показывает судебная практика похищения нефти, такие преступления, как правило, совершаются неоднократно, в соучастии и связаны с незаконным проникновением в хранилище.
Так, Д. был осужден за то, что он, являясь заместителем начальника цеха подготовки и перекачки нефти, занимался хищением нефти, что было квалифицировано как хранение группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в хранилище . Во исполнение предварительной договоренности о хищении нефти из резервуара нефтеналива Д. назначал соучастникам время для хищения нефти, встречал прибывший транспорт, производил загрузку нефти в нефтебойлеры, отключив предварительно счетчик отпуска нефти из резервуара, чтобы скрыть хищение. Указанным способом с участием Д. было совершено хищение нефти 8 февраля 2004 г. в количестве 18,27 т на сумму 40194 руб., 10 февраля 2004 г. — 17,99 т на сумму 39578 руб., 13 февраля 2004 г. — 18,13 т на сумму 39886 руб., 15 февраля 2004 г. — 18,13 т на сумму 39886 руб. В результате ОАО «Оренбургнефть» был причинен ущерб на общую сумму 159390 руб. Действия Д. квалифицированы судом по п. п. «а», «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ (по эпизоду от 8 февраля 2004 г.), п. п. «а», «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ (по эпизоду от 10 февраля 2004 г.), п. п. «а», «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ (по эпизоду от 13 февраля 2004 г.) и п. п. «а», «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ (по эпизоду от 15 февраля 2004 г.). Таким образом, действия Д. были квалифицированы по совокупности преступлений в соответствии с ч. 1 ст. 17 УК РФ и как кража с незаконным проникновением в хранилище, совершенная группой лиц по предварительному сговору, т.е. по п. п. «а», «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ. Следует отметить, что на момент совершения данного преступления Уголовный кодекс Российской Федерации не предусматривал ответственность за кражу из нефтепровода, нефтепродуктопровода, газопровода (п. «б» ч. 3 ст. 158 УК РФ был введен Федеральным законом от 30 декабря 2006 г. N 283-ФЗ ).
———————————
См.: Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2009. N 2. С. 14.
См.: Собрание законодательства Российской Федерации. 2007. N 1 (Ч. I). Ст. 46.

В Постановлении Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 27 декабря 2002 г. N 29 также указано, что в соответствии с ч. 1 ст. 17 УК РФ неоднократные кражи образуют совокупность преступлений при отсутствии признаков единого продолжаемого преступления. В связи с этим Президиум Верховного Суда Российской Федерации оставил приговор суда и кассационное Определение без изменения, поскольку квалификация указанных действий Д., образующих в соответствии с ч. 1 ст. 17 УК РФ совокупность преступлений, в приговоре определена правильно.
Известно, что на практике нередки случаи, когда лицом совершается не одно, а несколько однородных преступлений, т.е. имеет место множественность преступлений в форме совокупности либо совершается единое сложное (продолжаемое) преступление, характеризующееся тем, что образует один состав преступления, действия виновного при этом квалифицируются по одной статье Уголовного кодекса Российской Федерации, представляют собой тождественные деяния, направленные к одной цели и объединенные единым умыслом.
Как видно из вышеприведенного примера из судебной практики, Д. совершил многоразовое (неоднократное) хищение нефти в течение 2004 года, поэтому его действия квалифицированы с учетом положений ч. 1 ст. 17 УК РФ как совокупность преступлений. Таким образом, с учетом дополнений, внесенных в ст. 158 УК РФ, в частности, когда совершается хищение из нефтепровода, нефтепродуктопровода, газопровода (п. «б» ч. 3), судам надлежит более четко определять квалификацию такого преступления.
Анализ судебной практики по уголовным делам о преступлениях против собственности показывает, что кража чужого имущества может быть сопряжена с посягательствами на жизнь и здоровье потерпевших. Такие действия виновных заслуживают более сурового наказания в виде лишения свободы и их отбывания в исправительных учреждениях особого режима.
Так, по приговору Краснодарского краевого суда от 15 июля 2008 г. Д. (ранее судимый) осужден по п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ (эпизод от 8 января 2008 г. — убийство К. и Б.) к восемнадцати годам лишения свободы, п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ (эпизод от 14 января 2008 г. — убийство Ш. и Г.) — к девятнадцати годам лишения свободы, ч. 1 ст. 111 УК РФ (эпизод от 16 января 2008 г. в отношений С.) — к семи годам лишения свободы, п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ (эпизод от 8 января 2008 г.) — к двум годам лишения свободы, и по другим статьям. На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений назначено двадцать четыре года лишения свободы. В соответствии со ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров окончательно назначено двадцать шесть лет лишения свободы в’ исправительной колонии особого режима . Преступления совершены при следующих обстоятельствах. 8 января 2008 г. в ходе возникшей ссоры Д. взял кухонный нож и нанес Б. не менее двух ударов в шею, в результате чего наступила смерть потерпевшего. Когда в помещение вошел К., виновный нанес ему удары ножом в различные части тела и убил его. После этого Д. похитил принадлежащие К. телевизор и магнитофон. 9 января 2008 г. Д. по предварительному сговору с другими виновными совершил кражу вещей из дома К. на сумму 2300 руб. В этот же день Д. путем свободного доступа проник в квартиру Б., где тайно похитил электрическую печь. 14 января 2008 г. Д. в ходе возникшей ссоры взял два кухонных ножа и нанес потерпевшему Ш. одним из ножей 9 ударов в шею, грудь и живот. Затем подошел к Г. и нанес ему ножом 19 ударов в шею, грудь и живот. Смерть Ш. и Г. последовала на месте происшествия. После этого Д. похитил из домовладения Ш. мобильный телефон и другое имущество на общую сумму 6475 руб. 16 января 2008 г. Д. во время ссоры нанес один удар в живот потерпевшей С., причинив тяжкий вред ее здоровью. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации 18 декабря 2008 г. изменила приговор, смягчила Д. наказание, назначенное по ст. 105 УК РФ. На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 2 ст. 105, п. «в» ч. 2, п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, ч. 1 ст. 111 УК РФ путем частичного сложения наказаний назначила Д. двадцать три года шесть месяцев лишения свободы, в соответствии со ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров окончательно назначила двадцать пять лет шесть месяцев лишения свободы в исправительной колонии особого режима. В остальном приговор в отношении Д. оставлен без изменения.
———————————
См.: Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2009. N 10. С. 29, 30.

Следует отметить, что, по существу, действия Д. подпадают также под п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ, так как убийство потерпевших было сопряжено с кражей чужого имущества. Однако данный квалифицирующий признак распространяется только на деяния, совершенные из корыстных побуждений или по найму, а равно сопряженные с разбоем, вымогательством или бандитизмом, при этом кража, по смыслу ст. 158 УК РФ, не включена в перечень отягчающих обстоятельств убийства, что, как представляется, необоснованно. Кроме того, в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 декабря 2002 г. N 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое», а также в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 января 1999 г. N 1 «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)» , по существу, отсутствует разъяснение о квалификации действий виновных, совершивших одновременно убийство и кражу чужого имущества. Полагаем, что данное положение должно найти отражение в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации с позиции отграничения убийства, сопряженного с разбоем, от убийства и кражи чужого имущества.
———————————
Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 1999. N 3.

Заслуживает внимания анализ судебной практики по уголовным делам, связанным с похищением чужого имущества и его конфискацией в доход государства.
Так, по приговору Пензенского областного суда от 29 ноября 2007 г. С. осужден по ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 4 ст. 158, п. «а» ч. 4 ст. 158, ч. 4 ст. 174.1 УК РФ . Автомашины «КамАЗ» с автоцистерной и «КамАЗ» с прицепом-цистерной признаны вещественными доказательствами и конфискованы в доход государства. По делу осуждены также другие виновные лица. В период с октября 2005 г. по июнь 2006 г. С. и другие виновные лица с целью незаконного обогащения похищали нефть из нефтепровода «Дружба» с последующей ее реализацией под видом печного топлива, используя автомашины марки «КамАЗ». В надзорной жалобе Б. (отец осужденного С.) просил пересмотреть судебные решения в части судьбы вещественных доказательств, поскольку конфискованные в доход государства автомашины принадлежат на праве личной собственности ему, а не осужденному С. Президиум Верховного Суда Российской Федерации 8 апреля 2009 г. удовлетворил надзорную жалобу Б. по следующим основаниям. В соответствии с ч. 3 ст. 81 УПК РФ орудия преступления, принадлежащие обвиняемому, подлежат конфискации или передаются в соответствующие учреждения, или уничтожаются. По данному делу в числе других вещественных доказательств признаны автомобили марки «КамАЗ», а также автоцистерна и прицеп-цистерна, которые суд признал орудиями преступления, поскольку именно данные транспортные средства непосредственно использовались при хищении нефти. Между тем доказательств, свидетельствующих о том, что указанные автомашины являлись собственностью осужденного, в приговоре не приведено. Из материалов уголовного дела видно, что в качестве вещественных доказательств к делу были приобщены договор аренды автомашины «КамАЗ» осужденным С. у собственника Б. на срок с 1 ноября 2004 г. по 1 ноября 2009 г., договор купли указанных автомашин Б. от 8 октября 2004 г., копии паспортов технических средств, в которых собственником автомашин указан Б. Приведенным доказательствам суд не дал оценки при решении вопроса о конфискации данных автомашин. Б. виновным в совершении преступлений совместно с другими осужденными не признан, обвинение ему по данному делу не предъявлялось. В нарушение требований ст. 307 УПК РФ в приговоре не указано, на основании каких данных суд пришел к выводу о необходимости обращения взыскания на автомашины и оборудование, собственником которых осужденный С. не являлся. Обоснования принятого решения в этой части не приведено. С учетом изложенного Президиум Верховного Суда Российской Федерации отменил приговор и кассационное Определение в части конфискации указанных автомашин с прицепом-цистерной и автоцистерной в доход государства, а дело в этой части передал в тот же суд для решения вопроса в порядке, предусмотренном ст. ст. 397, 399 УПК РФ.
———————————
См.: Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2009. N 11. С. 8, 9.

Вопрос о конфискации имущества в результате совершения любого преступления решается судом на основании положений гл. 15.1 УК РФ, а также соответствующих норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.
Как известно, Федеральным законом от 8 декабря 2003 г. N 162-ФЗ конфискация имущества, которая ранее предусматривалась в качестве дополнительного наказания, была исключена из системы наказаний. Вместе с тем Федеральным законом от 27 июля 2006 г. N 153-ФЗ конфискация имущества была восстановлена в качестве меры уголовно-правового характера и представляет собой на основании ст. 104.1 УК РФ принудительное безвозмездное изъятие и обращение в собственность государства на основании обвинительного приговора указанного в законе имущества.
———————————
См.: Собрание законодательства Российской Федерации. 2006. N 31 (Ч. I). Ст. 3452.

Конфискация имущества возможна в результате совершения преступлений, указанных в п. «а» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ (таковых свыше 50 составов).
Несмотря на то, что конфискация имущества предполагает прежде всего корыстный характер преступлений, в данной норме не нашло отражения положение о том, что конфискация имущества применяется к преступлениям против собственности, что представляется совершенно необоснованным и неправильным с позиции эффективного противодействия таким преступлениям. Такие составы преступлений, как кража, грабеж, разбой, мошенничество, хищение особо ценного имущества, должны быть включены в перечень норм, указанных в п. «а» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ, как преступления корыстной направленности и совершаемые в сфере экономических отношений.
Полагаем, что трудности, возникающие в судебной практике и касающиеся конфискации имущества, связаны прежде всего с тем, что правила, установленные в уголовном и уголовно-процессуальном законодательстве по поводу изъятия (конфискации) имущества у виновного, сопряжены именно с ограничениями и неразработанностью правового механизма ее практического применения.
Именно такие сложности и возникли при решении судом вопроса о конфискации в доход государства имущества по вышеуказанному уголовному делу в отношении С., который использовал автомашины, не принадлежащие ему на праве собственности, для похищения нефти, и которые суд неправильно признал орудиями преступления.
Представляется также, что Верховный Суд Российской Федерации должен уделить особое внимание разъяснениям по вопросам, касающимся применения конфискации имущества на практике, независимо от совершения различных видов преступлений.

Наша компания оказывает помощь по написанию курсовых и дипломных работ, а также магистерских диссертаций по предмету Уголовное право, предлагаем вам воспользоваться нашими услугами. На все работы дается гарантия.

Судебная практика по ст158 ч3 ук рф

К особо квалифицированным видам кражи ч.3 ст.158 УК РФ действующее законодательство относит — кражу, совершенную с незаконным проникновением в жилище либо в крупном размере. Рассмотрим данные признаки.

Первый признак – проникновение в жилище.

Как уже подчеркивалось, базисным элементом данного признака, является незаконность проникновения.

Нельзя признать проникновением в жилище кражу, совершенную без вторжения в жилое помещение. Приведем пример из практики: «В вечернее время К., проезжая на велосипеде по улице, заметил на подоконнике открытого окна сверток и решил его похитить. С этой целью он прошел через огород к дому и, убедившись, что его никто не видит, похитил с подоконника сверток, в котором находились: чайный сервиз, набор рюмок, комплект постельного белья.

К. лишь протянул руку к подоконнику открытого окна, где находился сверток с вещами, и взял его, не проникая в дом.

Проникновение в жилище — это вторжение в жилище с целью совершения кражи, грабежа или разбоя. Оно может совершаться не только тайно, но и открыто, как с преодолением препятствий или сопротивления людей, так и беспрепятственно, а равно с помощью приспособлений, позволяющих виновному завладеть чужим имуществом.

К. же совершил кражу вещей путем изъятия их с подоконника открытого окна, без вторжения в жилое помещение и применения каких-либо приспособлений для завладения имуществом.

При таких обстоятельствах надлежит признать, что в действиях Кирикова содержится состав преступления, предусмотренный ч. 3 ст.158 УК РФ» [1] .

Таким образом, нет оснований для квалификации как кражи «с проникновением в жилище» хищений личного имущества с перил балконов, особенно расположенных в домах на первом этаже, из подвалов и кладовых многоквартирных жилых домов.

Согласимся с А.В. Федотовым отмечающим, что «закон усилил уголовную ответственность не просто за кражу в отношении имущества граждан из жилища безотносительно к способу их совершения, а за совершение их с проникновением в жилище и именно поэтому представляющих повышенную общественную опасность, так как в случае «физического» проникновения виновного в жилище он, одновременно нарушая неприкосновенность жилища, оказавшись внутри него, может похитить не просто плохо лежащие, а наиболее ценные вещи, которые с помощью крючка, шланга и иных приспособлений из форточки окна, отверстия двери практически невозможно похитить» [2] .

Заметим, что судебная практика относит к жилищу не только жилое помещение, легальное определение которого дается законодателем в ЖК РФ, но и иные помещения, которые фактически используются для проживания (Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 19 января 2005 г. N 66-о04-126 Кража совершалась из служебного помещения, которое одновременно считалось и жилищем, поэтому действия осужденных были признаны как совершение кражи с незаконным проникновением в жилище [3] ). Судебная практика не включает в понятие «жилище» не используемые для проживания людей надворные постройки, погреба, амбары, гаражи и другие помещения, обособленные от жилых построек [4] .

В связи с вышесказанным подчеркнем, что в качестве легального критерия должно применяться примечание к ст.139 УК РФ, где указывается на то, что под жилищем понимаются индивидуальный жилой дом с входящими в него жилыми и нежилыми помещениями, жилое помещение независимо от формы собственности, входящее в жилищный фонд и пригодное для постоянного или временного проживания, а равно иное помещение или строение, не входящие в жилищный фонд, но предназначенные для временного проживания.

Заметим, что отдельные исследователи предлагают ответственность за кражу, совершенную с незаконным проникновением в жилище, «максимально дифференцировать в зависимости от целой системы объективных и субъективных обстоятельств, усиливающих или смягчающих ответственность» [5] . Так, по мнению А.В. Федотова, к квалифицированным признакам кражи, совершаемой с незаконным проникновением в жилище, необходимо отнести совершение этого преступления с использованием следующих условий: технических средств; общественного бедствия; беспомощного состояния потерпевшего. В качестве смягчающих обстоятельств совершения кражи с проникновением в жилище необходимо учитывать обстоятельства, при которых данное преступление совершается: вследствие крайней нужды; в небольшом размере; у лиц, приобретающих имущество незаконным путем; совершение ее близкими родственниками; совершение преступления в отношении общей вещи.

На наш взгляд, ч.3 ст.158 УК РФ не нуждается в дополнительной дифференциации, однако, указанные признаки, безусловно, должны учитываться на практике.

Следующий особо квалифицированный признак – совершение кражи в крупном размере.

Согласно п.4 примечания к ст.158 крупным размером признается стоимость имущества, превышающая двести пятьдесят тысяч рублей.

Заметим, что до 10 декабря 2003 года действовала редакция УК РФ согласно которой крупный размер (как и «значительный ущерб») определялся в привязке минимальному размеру оплаты труда, что вызывало обоснованную критику в теории. Вопрос о конституционности норм уголовного закона, регламентирующих порядок определения размера хищения в зависимости от минимального размера оплаты труда, неоднократно рассматривался Конституционным Судом Российской Федерации (Определение Конституционного Суда РФ от 18 декабря 2003 г. N 492-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Крылова Николая Николаевича на нарушение его конституционных прав примечанием 2 к статье 158 Уголовного кодекса Российской Федерации, а также действиями (бездействием) и решениями суда» [6] ; Определение Конституционного Суда РФ от 16 января 2001 г. N 1-O «По делу о проверке конституционности примечания 2 к статье 158 Уголовного кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина Скородумова Дмитрия Анатольевича» [7] ).

В действующем законодательстве крупный размер определяется в примечании к ст.158 УК РФ, изменение крупного размера может быть внесено только законодателем, и только в уголовный кодекс РФ.

Обратимся к вопросам определения крупного размера на практике.

Как хищение в крупном размере должно квалифицироваться совершение нескольких хищений чужого имущества, общая стоимость которых превышает двести пятьдесят тысяч рублей, если они совершены одним способом и при обстоятельствах, свидетельствующих об умысле совершить хищение в крупном размере (п.25 Постановления пленума ВС РФ от 27 декабря 2002 г. N 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое»).

Определяя размер похищенного имущества, следует исходить из его фактической стоимости на момент совершения преступления. При отсутствии сведений о цене стоимость похищенного имущества может быть установлена на основании заключения экспертов.

Рассматривая крупный размер кражи, как особо квалифицирующий признак необходимо акцентировать внимание на том, что нужно проводить разграничение между «крупным размером» и «предметами имеющими особую ценность», т.к. согласно УК РФ, хищение предметов имеющих особую ценность составляет отдельный состав преступления (ст.164 УК РФ).

Приведем показательный пример из практики:

«Органами предварительного следствия Скромнов обвинялся в том, что он 17 апреля 1997 г. в группе с двумя не установленными следствием лицами по предварительному сговору, незаконно проникнув в жилище, совершил кражу имущества Чаплыгиной на общую сумму 4480 руб. и 500 006 долларов США, в том числе иконы «Святая Елена» XVII — XVIII века стоимостью 500 тыс. долларов США, чем причинил потерпевшей значительный ущерб.

Постановлением судьи Верховного суда Республики Татарстан уголовное дело по обвинению Скромнова в совершении преступления, предусмотренного пп.»а», «б», «в», «г» ч.2 ст.158 УК РФ, направлено для производства дополнительного расследования.

При этом судья указал, что имеются основания для предъявления Скромнову более тяжкого обвинения, поскольку согласно обвинению действиями Скромнова Чаплыгиной причинен ущерб, размер которого значительно превышает необходимый для признания крупным размером 500-кратный минимальный размер оплаты труда, установленный законодательством на момент совершения преступления. Кроме того, органами предварительного следствия не выяснена ценность упомянутой иконы как предмета, имеющего особую историческую, научную, художественную или культурную ценность, не приняты меры по обеспечению возможной конфискации имущества.

Прокурор в частном протесте поставил вопрос об отмене постановления судьи и о направлении дела на новое судебное рассмотрение. По мнению прокурора, следователь допустил ошибку, вменяя явно несоответствующую и многократно завышенную стоимость похищенного лишь со слов потерпевшей, при этом он ссылался на прилагаемую справку, согласно которой «икона «Святая Елена» размером 150 х 200 мм, написанная на сусальном золоте в конце XIX века, имеет рыночную стоимость 600 — 1200 рублей».

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 20 августа 1998 г. протест оставила без удовлетворения, указав следующее.

В соответствии с п.3 ч.1 ст.232 УПК РСФСР уголовное дело направляется для производства дополнительного расследования при наличии оснований для изменения обвинения на более тяжкое.

Согласно обвинению и показаниям потерпевшей Чаплыгиной Скромнов похитил икону стоимостью 500 тыс. долларов США. Данный размер ущерба, как правильно делается ссылка в постановлении судьи, значительно превышает указанный в п.2 примечаний к ст.158 УК РФ пятисоткратный минимальный размер оплаты труда, установленный законодательством Российской Федерации на момент совершения преступления, поскольку по состоянию на апрель 1997 г. (на момент совершения данного преступления) минимальный размер оплаты труда составлял 83 490 руб. Следовательно, крупный размер хищения составляет 41 745 тыс. рублей. Кража, совершенная в крупном размере, подлежит квалификации по п.»б» ч.3 ст.158 УК РФ, т.е. по закону, предусматривающему ответственность за более тяжкое преступление, нежели то, которое предъявлено в обвинении.

Как правильно указал судья, органами предварительного следствия не приняты меры и по выяснению ценности похищенной иконы как предмета, имеющего особую ценность. Между тем за хищение таких предметов предусмотрено более строгое наказание (ст.164 УК РФ)» [8] .

Как отмечается в п.9 Постановления пленума ВС РФ от 25.04.95 №5 [9] особая историческая, научная и культурная ценность похищенных предметов или документов определяется на основании экспертного заключения с учетом не только их стоимости в денежном выражении, но и значимости для истории, науки, культуры.

Таким образом, необходимо проводить многостороннюю оценку объекта кражи с целью установления его рыночного размера и значения с точки зрения исторической, научной и культурной ценности. Такая оценка должна быть обязательна исходить от экспертов и выражена в документальном виде.

Кража, совершенная с незаконным проникновением в жилище либо в крупном размере, — наказывается штрафом в размере от ста тысяч до пятисот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от одного года до трех лет либо лишением свободы на срок от двух до шести лет со штрафом в размере до восьмидесяти тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до шести месяцев либо без такового.

[1] Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. — 1993г. — №4. – с.14.

[2] Федотов, А. В. Кража, совершаемая с незаконным проникновением в жилище :Уголовно-правовые и криминологические аспекты : Автореферат диссертации. – М.: 2004.

[3] Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 19 января 2005 г. N 66-о04-126

[4] Наумов А.В. Практика применения Уголовного кодекса Российской Федерации: комментарий судебной практики и доктринальное толкование. — Волтерс Клувер, 2005 г.

[5] Федотов, А. В. Кража, совершаемая с незаконным проникновением в жилище :Уголовно-правовые и криминологические аспекты : Автореферат диссертации. – М.: 2004.

[6] Определение Конституционного Суда РФ от 18 декабря 2003 г. N 492-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Крылова Николая Николаевича на нарушение его конституционных прав примечанием 2 к статье 158 Уголовного кодекса Российской Федерации, а также действиями (бездействием) и решениями суда»

[7] Определение Конституционного Суда РФ от 16 января 2001 г. N 1-O «По делу о проверке конституционности примечания 2 к статье 158 Уголовного кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина Скородумова Дмитрия Анатольевича» // Вестник Конституционного Суда Российской Федерации. — 2001г. — №3.

[8] Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. — 1999 г. — №5. – с.15.

[9] Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 25 апреля 1995 г. N 5 «О некоторых вопросах применения судами законодательства об ответственности за преступления против собственности» // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. – 1995. — №7. – с.2