Суд идет 2014

Суд присяжных 16+

Выпуски программы

Супруги заключили договор пожизненной ренты и отравили старушку, чтобы быстрее завладеть ее жильем 16+

Грабитель украл у женщины кошелек, а затем убил ее, опасаясь, что та его разоблачит 16+

Секретарша зарезала начальницу, закрутившую роман с ее возлюбленным 16+

Девушка отравила отца сурротатным алкоголем ради наследства 16+

Женщина зарезала брачного афериста, который выманил у нее все сбережения и сбежал 16+

Грабительница застрелила сообщника, заявив, что тот ее похитил 16+

Девушка зарубила топором арендодателя, чтобы завладеть его бриллиантами и отдать долги 16+

Сотрудницу гостиницы обвинили в убийстве коллеги, который ее шантажировал 16+

Вдова захотела присвоить себе наследство умершего мужа и ударила по голове пасынка 16+

Мужчина задушил шарфом беременную невесту, узнав о ее неверности 16+

Вернувшийся из армии мужчина застрелил друга, женившегося на его невесте 16+

Пенсионер решил разобраться с рэпером, изнасиловавшим его внучку 16+

О программе

В каждом выпуске проекта рассматриваются особо тяжкие уголовные дела, основанные на реальных преступлениях.

Под председательством судьи — Степанова Валерия Ивановича — 12 присяжных оценивают доказательства вины или невиновности подсудимого, представленные сторонами обвинения и защиты. В напутственном слове присяжным судья подчеркивает, что при вынесении вердикта они должны руководствоваться не только нормами закона, но и жизненным опытом. И это верно. Именно жизненный опыт помогает коллегии присяжных беспристрастно оценить показания потерпевших, свидетелей и подсудимого -человека, преступившего закон.

После напряженных и нередко противоречивых показаний всех участников уголовного процесса дело часто принимает неожиданный поворот. И зрители наравне с присяжными — двенадцатью людьми, не имеющими юридического образования, — могут понять, как сложно вынести вердикт! Ведь он должен быть справедливым, так как от этого зависит жизнь человека!

Наблюдая за дебатами присяжных в совещательной комнате, зрители телеканала НТВ получают возможность оценить золотое правило юриспруденции, исходящее из презумпции невиновности человека: «Лучше оправдать 10 виновных, чем осудить одного невиновного».

Прямой эфир и все выпуски программы смотрите на НТВ.Ru и в приложениях для Android и iOS.

В суд идет.

Ответы на эти и многие другие вопросы корреспондент «РГ» отправилась искать в Верховный суд Татарстана.

— Бытует мнение, что кандидатов в присяжные кто-то подбирает специально, — говорит судья Верховного суда РТ Ильфир Салихов. — Поверьте, это просто физически невозможно. Списки формируются автоматически, с помощью системы «Выбор», куда включены все жители Татарстана старше 18 лет. Методом случайных чисел компьютер выдает несколько тысяч фамилий, после чего органы местного самоуправления начинают отсев тех кандидатов, которые не могут быть присяжными заседателями в силу закона.

В первую очередь это лица, не достигшие 25 лет. Верхняя возрастная планка размыта: в законе сказано, если человеку исполнилось 65 лет, он может отказаться от предложения стать присяжным. Но в моей практике были случаи, когда граждане в преклонном возрасте с удовольствием принимали участие в процессе.

Из первоначального списка вычеркивают и тех, кто признан судом недееспособным или ограниченно дееспособным. Не могут выносить вердикт лица, которые имеют непогашенную судимость. А также стоящие на учете в психоневрологическом или наркологическом диспансерах, не владеющие языком судопроизводства (русским) и инвалиды I группы (лежачие, незрячие или имеющие проблемы со слухом), подозреваемые или обвиняемые в совершении преступлений.

Пройдя фильтр, списки поступают на подпись к президенту Татарстана, а после утверждения — в канцелярию Верховного суда РТ.

Списки кандидатов могут пролежать довольно долго, пока кто-нибудь из обвиняемых не выразит желания, чтобы его судили присяжные.

— В этом случае председательствующий судья во время предварительного слушания должен определиться с числом кандидатов, — поясняет Ильфир Салихов. — Если процесс сложный и может затянуться надолго, необходимо собрать коллегию как минимум из 20 присяжных. Из них 12 будут принимать решение, остальные войдут в число запасных. Чтобы сформировать коллегию, сотрудники канцелярии рассылают 600-700 повесток.

Откликаются, как правило, лишь десять процентов потенциальных кандидатов, остальные попросту игнорируют. И зря, ведь осуществление правосудия — это не только гарантированное Конституцией право, но и долг каждого. Поэтому, если вы получили повестку и не можете принять участия в процессе, обязательно придите и объясните причину. Производственная необходимость, например, является одной из уважительных.

Никто не будет принуждать войти в коллегию присяжных женщину, которая находится в декретном отпуске или одна воспитывает ребенка. Мы не будем заставлять хирурга, у которого операции расписаны на год вперед, бросить все ради суда. У многих кандидатов объективные причины не участвовать в процессе, но мы должны о них знать.

Мне как журналисту очень хотелось бы принять участие в процессе, но пока такого шанса не представилось. Вопреки расхожему мнению, что представители СМИ не могут быть присяжными, выяснилось, что таких ограничений нет.

Вот если бы я была нотариусом или адвокатом, тогда вход на трибуну присяжных мне был бы заказан. Как, впрочем, и военнослужащим, судьям, прокурорам, священнослужителям, частным детективам и оперативному составу правоохранительных органов. Больше никаких профессиональных ограничений нет.

Уголовно-процессуальный кодекс запрещает участвовать в рассмотрении дела судьям (присяжные заседатели являются судьями факта), которые находятся в родственных или дружеских связях с председательствующим, адвокатом, обвинителем, подсудимым или свидетелями либо имеют заинтересованность в данном деле.

Не исключено, что кто-то из кандидатов может просто не понравиться прокурору и адвокату. И тогда стороны процесса вправе воспользоваться немотивированным отводом и без объяснения причин вычеркнуть из списка кандидатов по две фамилии.

Компромат как повод для отвода

За каждый день работы в суде присяжным заседателям платят зарплату — в размере половины оклада председательствующего судьи (около 500 рублей). Но если гражданин при помощи справок подтвердит, что по основному месту работы он зарабатывает гораздо больше, ему будут доплачивать.

По закону председательствующий судья обязан указывать ориентировочный срок рассмотрения дела, чтобы присяжный мог уведомить об этом работодателя. Многие кандидаты готовы оставить основную работу на две-три недели, говорит Ильфир Салихов, но, когда узнают, что процесс может затянуться на долгие месяцы, отказываются от участия.

Впрочем, даже если судебное разбирательство будет идти полгода и больше, это вовсе не означает, что присяжный будет находиться в суде безвылазно. Во время перерыва между заседаниями он может вернуться к своей основной работе. В суде оплатят только те дни, в которые шел процесс.

В дореволюционные годы в здании Казанского окружного суда и судебной палаты (позже здесь долгие годы располагался Верховный суд Татарстана) даже была предусмотрена спальня для присяжных заседателей. Сохранились документальные свидетельства, что зачастую вердикты выносились поздно ночью или под утро, поэтому комната пустовала редко.

Сейчас свободу перемещения присяжных никто не ограничивает, однако современные судьи факта связаны словом.

— Присяжным запрещено общаться со сторонами, обсуждать дело или высказывать свое мнение, — говорит Ильфир Салихов. — Но мы не можем запретить присяжному смотреть телевизор или читать газеты, где освещается процесс. И этим пользуются стороны, когда пытаются повлиять на мнение присяжных с помощью СМИ. Сами судьи факта не имеют права общаться с журналистами и говорить о том, что происходило в совещательной комнате.

Если одна из сторон процесса или журналисты соберут на присяжных компромат и выяснится, что во время отбора кандидат не был откровенен в ответах, касающихся сведений о нем, это может стать поводом для нового рассмотрения дела. Участники процесса могут смело заявить: если бы они знали заранее, что кандидат что-то скрывает, то воспользовались бы немотивированным отводом и вычеркнули бы его из списка. Такому народному судье доверять нельзя.

Кстати, покинуть процесс присяжный может досрочно. В случае болезни или жизненных обстоятельств судью факта могут вывести из состава коллегии, и его место займет присяжный из числа запасных. А если запас исчерпан, председательствующий судья будет вынужден начать процесс заново — разослать повестки кандидатам и сформировать коллегию присяжных.

Первый суд с участием присяжных в Татарстане состоялся ровно десять лет назад. За это время было рассмотрено более 70 дел, каждый десятый обвиняемый был оправдан. В 2013 году суд присяжных оправдал 12 человек, в том числе по двум резонансным делам. В первом случае присяжные посчитали недоказанной вину 24-летнего Рафиса Рахматуллина, который обвинялся в убийстве администратора и охранника подпольного игрового салона в Набережных Челнах. Во втором на свободу вышли обвиняемые по делу организованной преступной группировки «Перваки» Фирдинант Юсупов, Валентин Лукоянов и Сергей Сардаев.

Суд идет 2014

Объективная истина, введению которой в уголовный процесс посвящен законопроект депутата Ремезкова, тут же подверглась осмеянию и поруганию. Говорят о недостижимости истины, боятся, что обращаться за ней придется к патриарху Кириллу. Но когда речь идет об УПК, вопрос «что есть истина» не онтологический, а процессуальный. И разговор об истине вполне уместен.

Никогда не был сторонником упоминания в законе каких-либо истин, всегда соглашался с профессором П.А. Лупинской, одним из авторов УПК 2002 года, любившей повторять принцип римского права: «То, чего нет в материалах дела, не существует в мире».

Нормальный кодекс вполне может и обойтись без истины, и признавать ее путеводной звездой.

Истину придумали не депутат Ремезков и не стоящий за его спиной Следственный комитет. Необходимость установления истины утверждалась и в Уставе уголовного судопроизводства 1864 года, и — более решительно — в демократической Концепции судебной реформы 1991 года; не открещиваются от истины и процессуальные законы, действующие в правовых государствах. Сам по себе поиск истины следствием и судом не отрицает и не умаляет презумпцию невиновности и вполне совместим с состязательным судопроизводством.

Оценивая объективную истину как знамя обвинительного уклона, критики законопроекта вспоминают об отрицании презумпции невиновности сталинским «правосудием по Вышинскому». Но ведь и объективная истина точно так же отвергалась Вышинским. Профессор Александр Ларин, один из авторов Концепции судебной реформы, писал: «В 30-х – 50-х годах властно утверждался тезис о том, что истина, понимаемая как достоверное знание, в уголовном процессе во многих случаях недоступна, да и не обязательна, и чтобы осудить обвиняемого, достаточно установить «максимальную вероятность» его вины». Поэтому, резюмирует Ларин, «единственное, чему может служить отрицание объективной истины, это оправдание следственных и судебных ошибок, следственных и судебных преступлений».

И в самой Концепции 1991 года истина возвышалась как цель справедливого суда: «Благодаря судебному процессу закон применяется не механически, на манер клейма, а по правде и совести. Суд не только устанавливает, но и очеловечивает истину».

Из всего этого, однако, отнюдь не следует, что проект, внесенный за подписью г-на Ремезкова, заслуживает рукоплесканий. Но дело тут не в истине, а в том, что за ней стоит, кому и чему она будет служить. В проекте дается определение: «объективная истина – соответствие действительности установленных по уголовному делу обстоятельств, имеющих значение для его разрешения». При этом «объективная истина», то есть нечто относящееся к философии права, помещается в законопроекте в одном ряду с такими терминами, как «жилище», «близкие родственники», «задержание подозреваемого», «приговор» и другие формально определяемые понятия. Включение истины в такой технологический ряд на первый взгляд странно. Но, всматриваясь в дефиницию, начинаешь понимать, что для авторов проекта истина — это не высшая правда, не выяснение и проявление того, что произошло на самом деле, а средство легализации «установленных по уголовному делу обстоятельств», иными словами — доказательств, добытых любым путем, лишь бы они соответствовали действительности.

Объективной истиной объявляется та «действительность», из которой шьется уголовное дело. Но эта «действительность» настолько фальшива, выморочна, настолько не соответствует происходившему в реальности, так разит парашей, что шитый белыми нитками балдахин истины, назови ее хоть абсолютной, не прикроет ее срам и смрад.

Истина судебной реформы 1860-х годов, истина свернутой судебной реформы 1990-х годов, чуждая нам и прогнившая, как писали советские пропагандисты, буржуазная истина состязательного процесса — это одно. Советская истина, воспроизводимая в законопроекте Ремезкова, — совсем другое. Проект соответствует духу и смыслу таких вот откровений советских правоведов: «Для вынесения только законных и обоснованных приговоров по любому уголовному делу в нашей стране созданы необходимые условия: суды укомплектованы до конца преданными советскому народу и социалистическому строю судьями, созданы подлинно демократические советские законы, все участники уголовного судопроизводства — лица, производящие дознание, следователи, прокуроры и судьи вооружены марксистско-ленинской теорией и работают под постоянным руководством КПСС».

Различие двух истин — концептуальное. Оно замечательно выражено Ю.В. Кореневским: «В русском дореволюционном и иностранном процессе критерием истины признавалось внутреннее убеждение судьи. В СССР «подлинной гарантией истины» предполагался объективный критерий («лежащий за пределами сознания объективный критерий»), руководствуясь которым «можно отделить истинное от ложного, убедиться в достоверности выводов». Таким критерием советская теория считала практику«. Цитаты, приведенные Кореневским в этом фрагменте, взяты из основополагающего сочинения советской юстиции «Теория доказательств в советском уголовном процессе».

Объективная истина грозит закрепиться в УПК не сама по себе, а в совокупности с уничтожением наиболее значимых элементов состязательности. Таковым, например, изначально был запрет поворота к худшему при пересмотре приговора, вступившего в законную силу. Теперь статья УПК, ранее называвшаяся «недопустимость поворота к худшему», называется «поворот к худшему».

И вот проектом об объективной истине окончательно разрешается возвращать дело на доследование для восполнения неполноты обвинения, исправления недопустимых доказательств, предъявления более тяжкого обвинения. В первоначальной редакции УПК доследования не было вовсе. «Возвращая дело на доследование, суд говорит, что он вынесет обвинительный приговор, и предлагает следователю добыть что-нибудь для обоснования обвинения. Доследование вместо оправдания означает фактический сговор между судом и обвинительной властью», — писал выдающийся российский юрист Юрий Стецовский.

Одновременно укрепляются самые сомнительные процессуальные институты. Недавно была расширена преюдиция, то есть обязательность для суда обстоятельств, установленных иным, ранее вынесенным приговором. Все выше процент уголовных дел, рассматриваемых в особом порядке, означающем, что при полном признании вины приговор выносится без судебного следствия, то есть без проверки судом доказанности вины подсудимого. Особый порядок применяется уже примерно по 65% дел.

В сочетании с особым порядком принцип установления объективной истины будет, что уж говорить, прочно привязан к практике как основному критерию истинности. На сцене правосудия это будет выглядеть так. Например, по групповому преступлению один из обвиняемых, заключивший досудебное соглашение о сотрудничестве, сознается в сотне преступлений, которые он по фабуле не мог совершить один. Допустим, что все это выдумка, оговор, самооговор, но бумага все стерпит. Дело этого обвиняемого будет выделено в отдельное производство и слушаться отдельно — в особом порядке, без исследования доказательств по существу обвинения, фактически в протокольной форме. Приговор по делу этого гражданина вступит в законную силу и станет обязательным (преюдициальным) для суда, слушающего в общем порядке дело прочих обвиняемых, не признающих вины. Установленные первым приговором обстоятельства — совершение «бандой» преступлений (вымышленных) — это и будет объективная истина новейшего разлива.

Хотя особый порядок судопроизводства при согласии обвиняемого с предъявленным обвинением не имеет отношения к правосудию, отказываться от него, несмотря на свет истины, никто не собирается. Однако сделка с правосудием — принадлежность той самой англосаксонской (англо-американской) модели, от которой радетели истины предлагают отказаться во имя возвращения к корням континентальной (романо-германской) модели. В результате скрещивания двух этих систем взращивается некая англо-континентальная химера: установление истины судом без судебного следствия. Как сочетается вводимое законопроектом в качестве общего правила «всестороннее, полное и объективное исследование всех обстоятельств уголовного дела в их совокупности» с особым порядком? А ведь речь идет о большинстве уголовных дел!

В США особый порядок компенсируется состязательностью сторон на всех стадиях дела. В РФ же некоторая состязательность присутствует только в суде. Следствие лишено и намека на состязательность, права и возможности следователя и защитника несопоставимы, доказательства замешены на пытках — если не испанским сапогом, то самим выдерживанием в СИЗО. Теперь же, если законопроект будет принят, и о состязательности в суде вряд ли можно будет говорить. Особенно когда обвинение в зале суда поддерживается овчарками.

Суд присяжных. Окончательный вердикт

Выпуски программы

Кто убил известного музыканта на репетиционной площадке? 16+

Безутешная мать или чиновник – кто затеял опасную игру, погубившую целую семью? 16+

История ограбления семьи полицейского пополнилась убийствами и захватом заложников 16+

Кто убил подозреваемого в убийстве на рыбалке и подставил его любовницу? 16+

«Пивная королева» выжила после одного покушения, но ее врагов это не остановило… 16+

Кто напугал пенсионера до смерти — геймеры, аферисты или пранкеры? 16+

Как слепая девушка могла убить сотрудника банка, помешавшего ей похитить деньги? 16+

Полицейских обвиняют в убийстве мужчины, которого те по ошибке приняли за маньяка 16+

Свидетель по делу об отравлении газом стал подозреваемым в новом убийстве 16+

Наемный убийца не довел дело до конца, но остановится ли тот, кто заказал расправу? 16+

Суд идёт. Чего украинцы требуют от судей

Украинцы нередко протестуют против неправосудных, по их мнению, решений судей. Иногда, требуя справедливости, участники протестных акций сами готовы преступить закон

Оправдательный приговор 20 антимайдановцам, которых обвиняли в организации массовых беспорядков в Одессе 2 мая 2014 года, многие посчитали несправедливым. Как только было оглашено решение Черноморского районного суда, начались стычки протестующих с полицией.

Добиваясь справедливости, участники таких протестных акций нередко сами готовы нарушать закон. Несколько таких примеров — в подборке Фокуса.

Требуя люстрации

Утром 7 апреля 2014 года представители «Самообороны Майдана», «Правого сектора» и «Автомайдана» попытались заблокировать здание Верховного суда, чтобы не допустить съезд судей Украины, запланированный на этот день. Узнав, что делегаты вошли в здание с чёрного входа, майдановцы прорвались к входным дверям и потребовали отмены мероприятия.

Делегаты послушались, съезд перенесли, им пришлось выходить через живой коридор, который скандировал «Ганьба!» и «Люстрация!». Лидеры протестной акции поясняли журналистам, что на следующий день в Раде должно состояться голосование за законопроект о люстрации судей, этого они и добиваются.

Требуя прозрачности

В Оболонском районном суде Киева 11 января 2016 года по обвинению в пытках и изнасиловании судили восьмерых бойцов расформированной патрульной роты милиции особого назначения «Торнадо». Когда суд постановил проводить заседание в закрытом режиме, соратники обвиняемых возмутились, требуя допустить их в зал. Получив отказ, они предприняли несколько попыток прорваться внутрь, каждый раз полицейским приходилось давать им отпор.

Требуя свободы

Добиваясь справедливости, участники таких протестных акций нередко сами готовы нарушать закон

1 октября 2016 года в Киеве у здания Апелляционного суда собралось несколько десятков радикально настроенных парней и девушек, состоящих в различных националистических организациях. Они требовали освободить пятерых соратников, подозреваемых в убийстве двух милиционеров, совершённом при ограблении АЗС в Деснянском районе столицы в мае 2015 года. Время от времени радикалы пытались перелезть через ограду, вступали в стычки с полицией.

В этот день заканчивался срок меры пресечения — два месяца содержания под стражей подозреваемых, суд собрался на экстренное заседание, чтобы рассмотреть их дальнейшую судьбу.

Требуя увольнения

В Днепре 16 ноября 2016 года местные жители вышли на митинг, требуя увольнения судьи Бабушкинского районного суда. Они заявляли, что судья годами оттягивает принятие решений, кроме того она оставила без жилья более ста человек. К радикальным действиям горожане не прибегали.

Митинг прошёл спустя несколько дней после того, как департамент защиты экономики Нацполиции сообщил о разоблачении преступной группы, в состав которой входили судья, адвокат, директор предприятия, а также работники регистрационной службы. В течение двух лет группа незаконно отобрала более 30 объектов недвижимости в Днепропетровской области.

Требуя наказания

21 июля 2017 года в Ширяево Одесской области группа местных жителей пыталась прорваться в кабинет судьи Сергея Палия, который вынес оправдательный приговор жене местного прокурора, сбившей мужчину, в результате чего тот стал инвалидом. Протестующие были уверены, что за своё решение Палий получил взятку.

Судья не вышел к визитёрам, поэтому они выбили стёкла и входную дверь, выложили у входа шины, пообещав их поджечь. Прибывшие полицейские вывели из здания всех сотрудников суда, Палия среди них не оказалось. Впоследствии участники акции предположили, что ему удалось проскользнуть мимо них, переодевшись в полицейскую форму.

Спустя пять дней они вновь наведались в суд, потребовав отставки судьи. На этот раз один из участников пикета кинул в стену здания бутылку с зажигательной смесью. Полиция задержала 11 человек, некоторым из них грозит срок за злостное хулиганство.

МОСКВА, 4 апр — РАПСИ. Бывший ведущий телепрограммы «Суд идёт» и экс-адвокат Владимир Резник (Орешников) получил семь лет колонии строгого режима за мошенничество, сообщили РАПСИ в пресс-службе Нагатинского суда Москвы.

«Владимир Резник признан виновным в мошенничестве в особо крупном размере (часть 4 статьи 159 УК РФ) и ему назначено наказание в виде семи лет лишения свободы с отбыванием наказания в колонии строго режима», —сказал представитель суда.

Он уточнил, что суд учёл рецидив: ранее Орешников, позднее сменивший фамилию на Резник, уже был осуждён к двум годам заключения также за мошенничество. При этом в ходе расследования первого дела следствие установило, что статус адвоката он получил по поддельному диплому Белорусского государственного университета.

По данным следствия, бывший телеведущий представился действующим адвокатом и заявил фигуранту одного из уголовных дел о якобы наличии у него обширных связей и возможности влиять на процессуальные решения. Резник пообещал коммерсанту добиться изменения меры пресечения, а также добиться условного осуждения. Следствие считает, что лжеадвокат взял у бизнесмена 4,6 миллиона рублей для якобы взяток судьям и правоохранительным органам, а впоследствии перестал выходить на связь.

В 2012 году бывший ведущий программы «Суд идёт» получил два года колонии также за мошенничество по аналогичной схеме: он пообещал бизнесмену спасти его от уголовного преследования за 20 миллионов рублей, при передаче транша в 500 тысяч рублей адвоката задержали.